tim2813

Пешая мотопрогулка между двумя гаражными кооперативами. Уронили Магну на повороте, затем засадили в сугробе. Тяжёлый мотоцикл - это тяжело, но весело и не холодно

https://www.china-moto.ru/forum/topic/5638-прицеп-для-мотоцикла/

Серёга, а есть ссылка или картинка?

Верно угадал. Фото не мое, а магазина Мототехника-Брянск

С двумя тактами проще. Там нет масла в картере.

А кто-нибудь топил мотоцикл? Как реанимировал? Делитесь опытом. От себя добавлю, что готовился к утоплению: глушил отверстия, обрабатывал разъемы пластичной смазкой. К самому мотоциклу был прикреплен поплавок на длинном шнурке, чтобы найти его на дне. Сейчас, анализируя, вспоминаю, что бак мотоцикла, аккумулятор и возд фильтр были закреплены отдельно. И, в случае разрушения плота, они бы ушли на дно без всяких поплавков. А вещи, необходимые для того, чтобы продержатся в лесу 3-4 дня уплыли бы вниз по реке. "..на своих двоих.." - это неудачный вариант. Идти вдоль реки до ближайшего нас.пункта будет труднее,чем сплавляться. В-общем, есть о чем подумать.

Думаю, что там все не сложно. К габариту: плюс - голубой, минус - черный К лампе: плюс ближнего света - белый, плюс дальнего света - синий, минус - черный. Цвета могут отличаться, но принцип везде одинаков.

На ТТР 250 немного другие размеры вала КПП.

Действительно продольные центральные жерди - составные. Все жерди этого плота двухметровые. Это связано с тем, что это максимальная длина жердей, которые поместились в машину при испытании на реке Пышме. И изначально плот должен был идти на 9-ти ватрушках, 10 - аварийная. На реке Ай я начал собирать идентичный плот, но процессе решил использовать аварийную ватрушку, добавив ещё пару жердей. Соединение скотчем неплохо себя показало ещё в Карталинской Запани. Длинные жерди были бы чересчур толстыми в комле. Жесткость конструкции - момент неоднозначный. Жесткая рама будет испытывать усилия при прохождении сливов. А также нос плота будет нырять под стоячую волну, и вода будет захлестывать ватрушки сверху.

Ты как маленький Ну, не доехал бы я до Улса, Велса, Косьвы, Койвы или какой-нибудь другой точки на карте. Но до куда-нибудь я бы доехал? И что-нибудь бы увидел или узнал. Мне нет нужды ставить галочку в свой дневник, записывать рекорд или вешать мысленную медаль на грудь. Меня интересует немного другое: единение Духа с окружающим Миром, ощущение гармонии души с бесконечностью Вселенной. В нас столько лишнего, искусственного,наносного, что под этим илом бытовухи и телесных рефлексов все давно забыли себя настоящих. Для меня дикая нетронутая Природа, как раз тот рецепт лечения. Словно атмосфера чего-то забытого, словно генетическая память предков пробуждает какие-то древние механизмы, и каменная маска личности трескается, разваливается на куски и ты смотришь на этот мир, словно пробудившись от липкого сна.

Отсюда начинается самый живописный и популярный участок сплава. Справа на берегу поднимается высокий Майский притес. Напротив него расположилась Майская поляна, утыканная беседками, мангалами и автомобилями. Высота скал растет, показываются Малые притесы, а вслед за ними – знаменитые Большие притесы, которые поражают своим величием и монументальностью. Рядом с ними чувствуешь себя маленькой щепкой, которую проносит мимо древних скал река времени. После окончания Больших притесов на правом берегу начинается татарская деревня Кульметево. Конец деревни лежит у подножия горы Озек-Таш. Здесь течение наталкивается на острый уступ клиновидной скалы Разбойник. Скала-боец Разбойник испортил немало крови лоцманам, которые вели барки с заводским железом. На старых картах село Кульметево до сих пор носит название Разбойниково. За поворотом показывается деревня Алексеевка. Многие жители устроили в огородах близ реки небольшие магазинчики для туристов-водников и приторговывают сигаретами и мороженым. С левой стороны Ай принимает прозрачные воды речки Улуир, а напротив располагаются Алексеевские притесы. На месте бывшей базы отдыха на большом лугу дымит кострами и мангалами кемпинг “Светлая поляна”. По прошлым поездкам я помню, что где-то там, высоко на склоне, притаился незаметный вход в пещеру Палласа. Я прохожу возникший на пути остров по одной из проток, и на очередном повороте возникают новые скальники. В известковых обнажениях этих скал, останков рифов древнего моря, напротив деревни Сикияз-Тамак в 1995 году был обнаружен обширный пещерный комплекс. Арки и скальные навесы прикрывают многочисленные ходы, которые с самых древних времен использовались людьми для жилья и укрытий. По своей обширности Сикияз-Тамакский пещерный комплекс не имеет аналогов на Урале и в России. Место очень популярное, как среди водников, так и среди автотуристов. Река огибает скалистый гребень скалы Касы-таш и далее течет между двух гористых склонов. Недалеко от деревни Еланлино на берегу находится еще одно чудо природы рукотворного происхождения – Айский фонтан. В 60-х годах прошлого века геологи во время разведки попали в водоносный слой. С тех пор вода мощной струей вырывается вверх на 3-5 метров от земли. Вечереет. Тяжелое солнце медленно скатывается с лесистого склона Соколиного камня (Ласын-таш). Плот вместе с рекой беззвучно вплывает в каменные ворота скал Ласын-таш, навсегда покидая Уральские горы. Здесь заканчивается моё водное путешествие. Я рассчитывал, что это путешествие будет увеселительной прогулкой, в которой я буду лежать в расслабленной позе на плоту, изредка направляя свой корабль веслом. Вместо этого пришлось много грести, продвигая вперед свое тяжелое судно. Из-за недостаточной подготовки поход временами переходил в борьбу с собой и окружающим миром. Но не будь этих досадных ошибок, жизнь, наверное, была бы чересчур пресной. Река Ай не изобилует порогами, бурными шиверами и упавшими деревьями, но мой плот с честью выдержал не одно столкновение со скалистыми берегами, посадку на мели и острые камни. Ночевка возле Лаклы выдалась тяжелой. Противоположный берег пестрел от автомобилей, из которых до самой поздней ночи лилась громкая популярная музыка, отражаясь эхом от каменных стен Ласын-таш. Поэтому, на следующий день, выгрузив и собрав мотоцикл, я отправился подальше от этого места, больше похожего на музыкальный муравейник. Ближе к исходу дня меня приютила молчаливая река Киги. Стрекот кузнечиков на большом лугу, который резко обрывается в реку, мычание и звон колокольчиков возвращающегося в деревню стада, а чуть позже далекие звуки гармошки, выписывающей пируэты залихватской плясовой – вот все и звуки, которые вплетал в свою гармонию вечер. Сквозь сетчатый полог палатки, расположенной под сенью огромной, в три обхвата, ивы, в темнеющей синеве неба стали видны первые звезды. А маленькая Киги голосом переката тихо напевала свою колыбельную. Трясучий грейдер на границе Свердловской и Челябинской областей делает своё чёрное дело - перед самым Нязепетровском обнаруживается пропажа одного из весел. Бензина остается только до заправки в Нязепетровске, но я плескаю в бак 5 литров из канистры и лечу обратно почти до Свердловского, но безуспешно. Весло исчезло бесследно. Что ж всем богам нужны подношения и боги дорог здесь не исключение. Вскоре запыленный мотоцикл останавливается у подъезда, и я оказываюсь дома. Очередная и, я надеюсь, не последняя поездка приблизилась к своему логическому завершению, и мне остается поблагодарить своих близких за вселенское терпение. Спасибо и тебе, мой читатель, что прошел со мной этот неблизкий путь. За эти несколько дней, что прошли в седле мотоцикла и на палубе плота ”Гребублик”, я вдруг понял, что можно совершенно по-другому увидеть знакомые места, заметить, как они прорастают новыми неизведанными дорогами. Путешествуя по воде, можно побывать в таких уголках, до которых сложно добраться пешком или на колесах. Если вдуматься в само передвижение по реке, то упругая вода под веслом – это не просто набор молекул. У неё есть свой язык, свое настроение, своя манера разговора, и если долго смотреть в воду, то начинаешь читать реку, словно увлекательную книгу. Возвращаясь к более тривиальным аспектам, бюджет всей поездки вышел весьма скромным, чуть меньше пяти тысяч рублей, потому что сплав не требует особых затрат на передвижение. Да и мотоцикл потребляет совсем немного топлива, но в то же время способен доставить туда, где есть хотя бы малейший намек на дорогу. Поэтому будущему мотосплаву – быть.

Речь идёт о грузоподъёмности мотоцикла. Vitalii1980 подозревает, что мотоцикл перегружен и не способен съехать с асфальта. "разобраться с грузом. Я ж видел какой ты ехал- вариант чисто "недалеко по асфальту".

1. Вес на мотоцикле: я в экипе (90 кг) + рюкзак (20 кг) + бублики (30 кг) + багажная система (2,3 кг) + 5 л бенза ~ 150 кг. В рамках максимальной грузоподъёмности. 2. Я не собираюсь на серьезные реки 3 категории и выше. Все детали плота собраны резиновыми стяжками . Конструкция не жёсткая, упругая. 3. Ты не видишь очевидных вещей. У ватрушки есть прочное и водонепроницаемое дно из ПВХ, которое работает, как защита камеры от камней, и увеличивает грузоподъёмность.

Печень с этим не согласна

Установка базового лагеря и радиалки на соседние вершины, либо двух-трехдневный траверс по хребтам.

Общий вес плота с мотоциклом и со мной около 300 кг. Резиновая лодка будет легче, следовательно, и работы для её перемещения потребуется меньше.

Нет,следующий этап - комбинированный мото-, водно-, пеший горный поход.

Нет, не всю. Всего 3/4 Причин несколько: парусность судна, низкая курсовая устойчивость, слабое течение, ограниченность во времени. Я тоже так думал. Это была ошибка и я был к ней не готов. Ключевое выражение "если есть опыт сплава"

Ну, Толич не сплавлялся - он переправлял мотоцикл. Да и кроме него, народ таким делом увлекается Как олды завещали: "Делай добро - бросай его в воду" А вот упоминаний о сплаве вместе с мотоциклом, действительно, немного. Я нашел всего пару удачных случаев. Остальные, похоже, не всплыли

Как гласит один известный афоризм: ”Если ты утром проснулся, и у тебя ничего не болит, значит, ты умер”. Тягучей болью отзывается тело на каждое движение. Болят руки, плечи, спина. Я с отвращением гляжу на ненавистное весло, которое скоро снова придется взять в руки. Тогда же и была обнаружена разгадка того, почему комары и мошки не особо реагируют на мой аэрозоль и кружат возле меня тучами. Оказывается, по ошибке я взял даже не отпугивающее средство - репеллент, а убивающий акарицид от клещей. И, правда, комары, приземляющиеся на куртку-энцефалитку, шатались, словно пьяные. Их братья-мошки хоть и не кусались, но всё время пытались забраться в глаза и уши. А клещи – те и подавно разбегались за километр, едва завидев меня. Впрочем, никто из них не захотел продолжать со мной путешествовать по воде и покидать родные берега. Я и не заметил тот момент, когда весло становится продолжением руки, когда автоматически отмечаешь момент входа в поворот, стараясь использовать инерцию неповоротливого судна и силу течения реки. Гребу совершенно рефлекторно, попутно, словно лошадь, движением шеи уничтожая надоедливых кусачих мух. Помятое насекомое держится на воде пару мгновений и после короткого всплеска исчезает в глубине. Впереди начинается протяженная Занозинская петля. Словно змея, она вытянулась на 3,5 километра, в то время, как в перешейке кратчайшее расстояние составляет около 250 метров. Эта излучина названа по фамилии братьев Занозиных – известных конокрадов и разбойников, устраивавших в окрестных безлюдных лесах и пещерах свои стоянки и схроны. После Занозинской петли на правом берегу вырастают высокие Змеиные притесы. Их высота порой достигает 50-60 метров. Река выносит на Пугачевскую поляну напротив устья реки Иструть. Когда-то на Иструти стояла Пугачевская плотина для сброса воды и резкого поднятия уровня воды в реке Ай при прохождении заводского каравана с металлом. Во время крестьянского восстания под предводительством Пугачева плотина была взорвана, чтобы осложнить форсирование реки правительственными войсками. Ходят легенды, что при отступлении в одной из пещер Змеиных притесов Пугачев оставил большую часть награбленного добра. После Иструти река делает левый поворот, и поверхность водной глади вновь вспучивается барашками от сильного встречного ветра. Гребу, что есть сил, чтобы выйти к устью небольшой речки Шулемки, где можно набрать чистой воды. Ветер усиливается и остальную половину дня я решил посвятить сушке вещей, устроив полудневку. Большую стоянку напротив устья решено оставить компании сплавщиков, что идет где-то следом за мной. Я устраиваюсь ниже Шулемки, раскладываю вещи по поляне и вычерпываю воду из передних бубликов меньшего размера, которые набрали воды и теперь плохо справляются со своей работой. Пещеру Александровскую на ближайшей горе я так и не отыскал, хотя исходил весь крутой склон, поскальзываясь на шишках. Такое тоже бывает, но зато на вершине обнаружилась устойчивая связь и неплохой вид на реку. Тронувшись от гостеприимной стоянки возле Шулемки, через какое-то время я становлюсь невольным зрителем отплытия целого пионерского отряда от деревни Верхний Айск. К моменту моего медленного приближения шум, гам, поиски весел и спасжилетов прекратились, процессия тронулась, тут же кто-то упал в воду, его подобрали, и на всех парах под красным флагом с песнями пошли вниз по реке. Я решил сойти на берег возле деревни и в ближайшем сельпо докупить продуктов. К слову сказать, к этому моменту запас съестных припасов у меня весьма уменьшился и состоял из только лапши, соли и подсолнечного масла. Всё-таки раскладка продуктов, которую я планирую в мотопоходе, на водном маршруте оказалась несостоятельной. Частая гребля требовала топлива, поэтому есть хотелось почти постоянно. Наверное, подспорьем в тот момент была бы рыбалка – на длинных прямых и спокойных участках можно поматрасить и покидать удочку. Но у меня с собой не было, ни удилища, ни снасти. Поэтому на каждой стоянке или остановке, я часто выискивал полянки с сочной дикой клубникой. На противоположном берегу от деревни Верхний Айск лежит деревня Старая Пристань. Оба селения соединяются подвесным мостом через реку. Начиная с этих деревень, я уже не становлюсь одиноким в своем водном трипе. Параллельно со мной идут две-три группы сплавщиков. Они обгоняют меня, работая четырьмя или шестью веслами. Иногда я опережаю их, когда они останавливаются возле прибрежного домика с самодельной надписью “Магазин” или “Сигареты, пиво, мороженое”. Так местные жители по-своему зарабатывают на туристическом сезоне. Солнце жарит так беспощадно, что все открытые участки кожи обгорели и зудят даже под одеждой. Наконец, после прохода ЛЭП в районе села Ваняшкино вдарил дождь. Я угадываю начало ливня и успеваю спрятать электронику и карту в рюкзак и накрыть его чехлом от дождя. Вода снизу, сбоку и сверху. Плот медленно плывет среди кипящей воды, а капли лупят по моей довольной физиономии. Энтузиазм стихии идет на убыль, и лишь редкие капли падают из невидимых облаков. Река становится шире, течение замедляется. Приходится постоянно грести, пробиваясь, как ледокол, через поля водорослей. Мои усилия вознаграждаются и спустя время вдалеке показывается автомобильный мост в Межевом – пожалуй, самое популярное место для начала сплава по реке Ай. Проплываю и вижу, как несколько экипажей готовят свои плавсредства. Меня приветствуют, отмечая необычную конструкцию моей баржи. Останавливаюсь за Межевым и уже в темноте раскладываю палатку. Накрывает волной физической усталости и моральной опустошенности: каждый день приходится бороться со встречным ветром и медленным течением реки, с низким зарядом телефона, потому как батарейки фотоаппарата давно исчерпали заряд, вдобавок закончился газ и вымокли сигареты. Я готов сдаться и вытащить мотоцикл на берег, чтобы продолжить путешествие по твердой и надежной суше, чувствуя набегающий ветер и ручку газа в ладони. Но здесь нет дорог - на правом и левом берегу высятся неприступные скалы-притесы. У меня один путь – вниз по реке.

Спасибо! Как говорил Морган: "Дойди до горизонта. И увидишь новый!"

По другому и быть не могло. Сам, наверное, понимаешь разницу в поведении санок и алюмиевого тазика при движении с горки:) Позже, я удивлялся с какой лёгкостью передвигаются экипажи на катах, не говоря уже про байдарки.

При движении на мотоцикле по дороге, особенно в городе, ситуация меняется быстро. Но опытный мотоциклист (или просто водитель) уже знает, что произойдет и заранее предугадывает действия других участников. На реке ситуация меняется постоянно. Ветер и подводные течения делают своё дело. Предугадать, как себя поведет судно в тот или иной момент бывает сложно. И это требует постоянной концентрации внимания. Нужно больше тренироваться, чтобы не расходовать много сил на лишние движения. Мотоцикл, в этом плане, проще.

Это были не репелленты Об этом в следующей части.