На краю дурного камня. И мы вошли в эту воду однажды,
В которую нельзя войти дважды,
С тех пор я пил из тысячи рек,
Но не смог утолить этой жажды.
Описание поездки выходного дня на Яманташ — скалу-утес в верхнем течении реки Уфы. Яманташ (башк.)- «плохой, дурной камень».
Что такое жажда километров? Откуда берется эта тяга к странствиям, «охота к перемене мест»? Почему, однажды возникнув, она уже не проходит, а становится с каждым разом лишь сильнее и захватывает сознание с такой силой, что остальная, обыденная жизнь кажется лишь подготовкой к путешествию?
Так и в этот раз, я отправляюсь в путь, но, наверное, не за ответами, а чтобы лишь снять симптомы этого мучительного ожидания.
Эта поездка, по большей части, оказалась спонтанной. Когда-то я хотел попасть в эти места и планировал маршрут. Теперь, когда представилась такая возможность, я просто еду, иногда припоминая какие-то ориентиры, двигаюсь без карты и навигатора, никуда не торопясь и не особо заботясь о конечной цели.
Это место, по-своему, уникально, потому что находится на стыке Южного и Среднего Урала, на границе лесостепи и темнохвойных лесов, здесь смыкаются границы Башкирии, Свердловской и Челябинской областей. Для этих трех больших областей это место — «медвежий угол», и это правда — в горной тайге на склонах Бардымского хребта медведя повстречать проще, чем человека.
Наконец, вдали блестит лента реки Уфы. Другое ее название — Черная или Караидель. Здесь она пока еще течет на север, пробираясь и кружа вокруг скал.
Один из мостов через Уфу закрыт на ремонт. Грунтовая дорога ведет через перелески и луга к другому мосту в селение Арасланово. Здесь какой-то Слава оставил надпись о себе из камней.
Свернув практически наугад, я двигаюсь вдоль берега, но тропа, как будто, верная. Хотя подъем почти незаметен, но все время чувствую, что мотоцикл, словно живой, косится на все увеличивающуюся пустоту сбоку. На самой вершине тропа обрывается.
Я, вообще, человек не очень суеверный, но какое-то смутное предчувствие постоянной беды никак не отпускает. Кажется, приближается гроза, и западный ветер временами вздыхает в верхушках сосен, когда он стихает, меня и мотоцикл словно кто-то подтягивает к краю пропасти.
Плотные потоки воздуха снова поднимаются от Черной реки. «Слышишь? Знаешь? Знаю, зачем идешь, чего хочешь»- я беспомощно верчу головой в поисках звука. Он исходит, похоже, из той темной лощины.
Еле заметные ступени ведут все ниже и ниже. От некогда широкого неба остается лишь трещина среди мшистых камней, уменьшающаяся с каждым каждым шагом. Или это чьи-то каменные ладони решили сжать человека, как назойливое насекомое?
«Арх-х, знаю, чего хочешь, чего боишься. Взгляни в ее глаза, узнаешь ее»- гудит от ветра каменный голос.
Никогда я не боялся высоты, и ноги сами несут меня к краю. И вот уже послушно гляжу в эту глубину, и кажется, что не не глубина уже это, а высота, и с каждой секундой я все выше и все быстрее поднимаюсь. В поисках равновесия расправляю руки.
«Йи-хи-хи, не мути ему голову, Шаман, нет у него крыльев, чтоб любить высоту»- внезапно раздался голос черного коршуна. И он легко упал с камня, чтобы через секунду воспарить вверх. «Ах-хш»- сокрушенно просвистел ветер в камнях. И я отшатнулся от пропасти.
Не рискуя больше оставаться наедине с Яманташем, я в смятении спустился вниз. И вскоре разбил лагерь у подножия камня-Лося, изредка поглядывая на стены, где остался каменный шаман.
Поздно вечером Лось-камень засветился белым и лишь жерех своими всплесками нарушал его отражение в воде. Моя рыболовная снасть была все равно была бесполезна и я лишь наблюдал за его охотой.
Несмотря на близость воды, ночь была очень теплой. На следующее утро стремительным грейдером я достигаю Нязепетровска, который традиционно встречает мелким дождем. Дорога подбрасывает несколько топографических задач, но, вскоре, становится совсем привычной и доводит до дома.
